Распечатать запись Распечатать запись

Кто кого надувает? Что проверяют тесты?

Гэри Эрнест Дэвис

Что проверяет тест?

Во всем мире, на всех уровнях образования, учителя математики используют наборы тестов для проверки знаний своих учеников, и учат их на основе результатов этих испытаний.

Тесты обычно считаются надежным показателем (если не мерой) того, насколько хорошо учащиеся усваивают материал, которому их учат, и часто полагают, что они связаны в некоторой степени с математическими способностями.

Там, где учеников класса ранжируют, тест может быть критерием.

Я хочу поспорить, однако, сказав, что в действительности тест проверяет учителя. Тест, на мой взгляд и по моему опыту, тестирует способность учителя проводить испытание на “правильном’’ уровне.

Как правило, учащихся оценивают по проценту выполненных заданий, с указанием баллов, которые получил учащийся в результате того, что дал правильные ответы.

Стандарты для сортировки ответов варьируются в широких пределах. Некоторые учителя засчитывают работу частично, а некоторые — нет. Некоторые учителя довольно мягко относятся к ответам, которые требуют объяснения, другие — нет.

Чтобы сдать тест, необходимо набрать определенное количество процентов. Набравшие ниже этого критического процента считаются не сдавшими тест, выше — сдавшими.

Во многих культурах, особенно в Северной Америке, просто сдать тест рассматривается учащимися и их родителями как позорный результат. По моему опыту, подавляющее большинство североамериканцев считают себя учащимися категории A или B, но, конечно же, не D.

Классификация сильно различается в Соединенных Штатах.

Один из вариантов преобразования процентов в категории, который довольно часто используется (по моему опыту):

A = 90% или выше

B = 80% -89%

С = 70% -79%

D = 60% -69%

F = 0% -59%

Интерпретация этих буквенных оценок варьируется незначительно.

Например, студенты колледжей часто не рассматривают класс ниже С как сдачу теста по их основному предмету, но могут считать D как сдачу теста, если это не основной их предмет. Например, многие студенты инженерных специальностей могут иметь D по курсу calculus (начала математического анализа).

Типичный для колледжей процент сдачи теста в Австралии составляет 50%, а в Великобритании — 40%.

Любопытно, что академические стандарты в этих странах, в целом, как представляется, находятся в обратном соотношении к процентам, необходимым для сдачи теста. Стандарты Великобритании в целом выше, чем академические стандарты Австралии, которые, в свою очередь, как правило, выше академических стандартов Соединенных Штатов. Я подразумеваю под высшим академическим стандартом то, что на любом уровне академических достижений британские учащиеся в целом имеют более продвинутые знания, навыки и достижения, чем австралийские, которые, в свою очередь, как правило, превосходят учащихся США, находящихся на той же ступени.

Как преподаватель составляет тест?

Коллега изменил порядок вопросов в тесте за курс, который он вел каждый год, и получил катастрофические результаты. Обычно его студенты изучали тесты, проходившие в предыдущие годы, в рамках подготовки к тестированию года нынешнего. Сам факт изменения порядка вопросов был достаточным для того, чтобы большое число учащихся получили гораздо меньшее число баллов.

Учителя могут легко придумать тест, который все, и даже лучшие и самые яркие ученики, не смогут пройти. Это не требует добавления материала, который учащиеся никогда не видели: достаточно просто задать критерии оценки рассуждений и их строгости. Или просто изменить порядок вопросов из тестов прошлых лет.

Преподавателей, которые делают это регулярно, их коллеги будут считать слишком жесткими, оторванными от действительности и находящимися не в курсе дел.

С другой стороны, легко придумать тест, который все, даже наименее прилежные ученики, пройдут, и который большинство напишет очень хорошо: достаточно просто сосредоточиться на рутинных расчетных вопросах, которые ранее часто практиковались.

Учителей, которые делают это, коллеги будут считать слишком простыми, слишком мягкими и не выполняющими свои обязанности оценивать учеников надлежащим образом.

Итак, добросовестный учитель хочет быть где-то посредине между чрезмерно требовательным и слишком мягким.

Поэтому, используя различные навыки и опыт работы, учителя в основном применяют тесты, которые имеют вероятным исходом разумное число сдавших их студентов, не слишком много высших оценок, и несколько, но не слишком много, неудач.

Иными словами, то, что проверяется, когда учитель составляет тест, на самом деле, — это способность учителя составлять соответствующие, или удовлетворительные задания.

Миф об объективности

Многие люди, особенно администраторы, учитывают результаты тестов, потому что они считают их объективными.

Эта объективность, которую они себе представляют, иллюзорна по нескольким причинам.

Мы уже говорили, что учитель должен тщательно составлять тест, так чтобы не все провалили его, не все написали его исключительно хорошо, и так, чтобы коллеги были удовлетворены тем, что они проводят адекватную и соответствующую работу по оценке знаний.

Для этого не существует никаких объективных стандартов: это просто вопрос практики и отдельной культуры.

Даже в рамках данной культуры тестов есть проблемы в тестировании по математике: как оценивать часть решения, что делать, если ученик делает простую вычислительную ошибку, но затем более или менее правильно использует полученные результаты и рассуждает.

Итоговая оценка — процент или буква — это среднее число баллов, полученное в результате многих таких решений.

В этом процессе очень мало объективности.

Чтобы понять, почему это так, нужно только дать тот же тест коллегам, с теми же критериями оценок, и посмотреть, как сильно различаются полученные категории. Еще более красноречивым свидетельством для учителя является повторное проведение теста через неделю или чуть позже и сравнение результатов.

Боль от веры в объективность тестов

Студенты, которые не выдержали испытания по математике, обычно считают себя неудачниками.

Это не так.

Они могут не изучить всех материалов так глубоко, чтобы это позволило сдать тест или получить более высокую оценку, они, возможно, болели, когда проходили некоторые темы или даже весь год, у них, возможно, были проблемы в семье, они совсем не поняли намерения учителя и инструкции. У них может быть дефицит внимания, высокая степень беспокойства, они могут принимать лекарства, которые влияют на их способность сосредоточиться.

Все эти факторы являются реальными, и следует их воспринимать как действительно смягчающие обстоятельства.

Вера в объективность проверки и последующее рассмотрение себя как неудачника очень разрушительны. Это снижает самооценку и уменьшает силы в будущем.

Наоборот, учащиеся, которые учились добросовестно, которые относительно свободны от стресса, получившие высокую оценку на испытаниях, очень вероятно, рассматривают свой успех как признание своих способностей: они начинают видеть себя в качестве A учащихся. Такие ученики могут иметь высокие или даже исключительные способности, но тест в классе не является доказательством этого. Что тест доказывает, это только то, что некоторые факторы, или сочетание факторов, привели учащегося к хорошему результату. Эти факторы могут включать в себя хорошие способности, но почти наверняка они включают в себя время, проведенное за учебой, эффективные методы обучения, принадлежность к группе учащихся сверстников (примеч. тех, кто учится, а не делает вид, что учится), вопросы учителю, заметки, внимательное слушание материала, условия, позволяющие не напрягаться сильно, и немного удачи. Вера в объективность тестов приводит ученика к тому, что он связывает успех в тестах только с одним из факторов: способностями.

Должны ли мы использовать тесты?

Я не знаю.

Я не могу сказать больше, потому что я вижу, что тесты проверяют мои способности составления их надлежащим образом, а не проверяют способности студентов.

Я могу получить оценку навыков работы студентов на основе тестов, но, честно говоря, я не очень заинтересован в тестах, позволяющих оценить это, когда я регулярно вижу учеников в классе и их работу там. Я знаю, как много работы они делают. Для этого мне не нужны итоговые тесты.

Я чувствую, что мы делаем слишком большой упор на тесты и экзамены. Я лично предпочитаю совместную работу над проектами, в которой ученики могут реализовать свои способности думать, рассуждать, планировать, работу для достижения поставленной цели, с использованием своих навыков и талантов вместе с другими людьми.

Образование, по-моему, должно быть беспроигрышный деятельностью, а не тем, что мы проводим для определения, на мой взгляд, фальшивыми средствами, кто успешен и кто неудачник.

Источник http://www.blog.republicofmath.com/archives/4834

Один комментарий

  1. 1 Матвей:

    Противоречивая статья (не в смысле внутренне противоречивая). С одной стороны предлагаемый метод всегда вроде бы считался самым предпочтительным – никто лучше хорошего учителя не сможет оценить реальные знания и способности ученика и добиться от него “обратной связи” (применить полученные знания на практике). В идеале можно обойтись без экзаменов* (заменить на курсовую работу соответствующего уровня). Но это настолько в идеале, что на практике применимо, особенно в глобальных масштабах, очень ограниченно (фактически это работоспособно на старших курсах универа – практика подтверждает не так ли?). Нужно чтобы все учителя были бы идеальными (не просто хорошими, говорить, что большинство учителей не достаточно хороши – было бы не хорошо по отношению к ним). А экзамен это всё-таки некоторый метод оценки (пусть и несовершенный), который выдвигает ясные требования к знаниям и умениям экзаменуемого и стимулирует его к практической реализации полученных знаний (экзамен ведь является практической задачей). Я уверен, что без экзаменов результаты в целом будут существенно хуже чем с ними (хотя возможно это и не скажется среди самых заинтересованных предметом учеников).

    * – Я полагаю, что в контексте этой статьи можно поставить знак равенства между термином тест и экзамен.

    [Ответить]

Оставьте свой отзыв

Добавить изображение